| 1160 просмотров




Весёлый, маленький, но грозный служебный дух стихии земного («живого») Огня. Может являться людям, как в образе плясуньи-девчонки, так и в образе старушки-веселушки.

 

 

Эти образы возникают из танцующих, постоянно передвигающихся язычков пламени. Говорят, что их можно увидеть, если смотреть долго и внимательно на пламя костра. Неугомонные плясуньи, они постоянно двигаются, балагурят, шутят, разговаривая с людьми. Могут поучать, помогать советом в беде, а могут и проучить (особенно тех, кто нерадив с костром или с огнём). Кто обидит Огневушек (или даже просто огонь костра) словом или поступком – обязательно будет наказан. Они умеют постоять за себя, да и боги огня Перун-громовержец с Семарглом их в обиду не дадут, так как Огневушки земные родственницы Огню небесному и Перуницам – духам молний (то есть огню электрическому). С самим Солнцем-Дажьбогом и Ярилой они тоже в дальнем родстве.
Легко и быстро перемещаются в пространстве, становясь то видимыми, то невидимыми. Очень часто их видят дети, чьи души и помыслы – чисты. Люди, обычно, видят их как бегущие по земле язычки пламени, вихрящиеся вокруг себя. Лучше их остерегаться: нельзя спорить с Огневушкой и вставать на её пути.

 

Огневушки видят «сквозь землю»: руды, клады, самоцветы, жилы водяные. За их шутками и прибаутками спрятана древняя мудрость, которой они делятся только с тем, кто этого заслуживает, кто умеет правильно слушать и задавать вопросы.

 

В старину особо чтили Огонь домашнего очага, считали его священным. В нём видели силу, не только дающую человеку тепло и пищу, но и отгоняющую беды, болезни и враждебных сущностей. Перед «Живым огнём» очага произносили заговоры и клятвы, по колебанию пламени предсказывали судьбу и угадывали будущий урожай. Переселяясь из родительского гнезда в новый дом, молодые обязательно брали с собой для нового очага горящие угольки со старого. Девушка перед венчанием всегда прощалась с огнём родительского дома, для этого были особые обряды и песни – «огнёвки». В старину, отправляясь в дальний путь, Русичи брали с собой горсть родной земли и щепоть золы с домашнего очага, как оберег и память о доме и Родине, которая хранит и помогает в беде. Зола, взятая от костра или домашнего очага в праздничные дни или после особых обрядов, и в наши дни считается лечебной и обережной.

 

«Кончил дедко Ефим рассказ. На месте костерка одни угольки остались, а старатели всё сидят да на эти угольки глядят. Вдруг из самой серединки вынырнула девчонка махонькая. Вроде куклёнки, а живая. Волосёнки рыженькие, сарафанчик голубенький, и в руке платочек, тоже сголуба. Поглядела девчонка весёлыми глазками, блеснула зубёнками, подбоченилась, платочком махнула и пошла плясать. И так у ней легко да ловко выходит, что и сказать нельзя. У старателей дух захватило. Глядят – не наглядятся, а сами молчат, будто задумались.

 

Девчонка сперва по уголькам круги давала, потом, – видно, ей тесно стало, – пошире пошла. Старатели отодвигаются, дорогу дают, а девчонка, как круг пройдёт, так и подрастёт маленько. Старатели дальше отодвинутся. Она ещё круг даст и опять подрастёт. Когда вовсе далеко отодвинулись, девчонка по промежуткам в охват людей пошла, – с петлями у ней круги стали. Потом и вовсе за людей вышла и опять ровненько закружилась, а сама уж ростом с Федюньку. У большой сосны остановилась, топнула ножкой, зубёнками блеснула, платочком махнула, как свистнула: «Фи-т-ть! Й-ю-ю-у…». Тут филин заухал, захохотал, и никакой девчонки не стало…
Старатели стали к деду Ефиму приступать: «Ты, дедко Ефим, что скажешь?». «А то и скажу, что это же видел, да думал – померещилось мне, а выходит – и впрямь Огневушка-поскакушка приходила». «Какая Поскакушка?». Дедко Ефим тогда и объяснил: «Слыхал, дескать, от стариков, что есть такой знак на золоте – вроде маленькой девчонки, которая пляшет. Где такая Поскакушка покажется, там и золото».
(«Огневушка-поскакушка» П.П. Бажов)

 

«Бабка сказывала про Девку Огнеручицу, только где её искать, никто не знает». «Расскажите, Герасим», — сразу зажглась Лика. «Неча сказывать… Огнеручица в наших лесах живёт. Из перси выводит пламя и сама как в пламени является, и над головой огонь пляшет. Вот только одёжи на ней никакой не бывает…».
(«Алмазная скрижаль» А. Веста)

 

«Возвращалась одна женщина из гостей домой, а провожал её их работник. Дело было зимой, на Святки. Не доезжая нескольких вёрст до деревни, видит: в лесочке горит костерок, а вокруг сидят несколько человек. Смотрят проезжие в ту сторону, и вдруг видят, что от костра покатился к ним огненный шар. И растёт, разрастается!

 

Испугались оба до смерти, хлестнул работник по спине лошади – та и понеслась, а шар по следу катится, катится, у женщины той уже платок загорелся и тулупчик затлел. Насилу ушли!
Работнику велено было тотчас возвращаться, однако он так напугался, что тронулся в путь только утром. Не утерпел – подобрался к тому самому месту, где вчера горел костёр. Никого и ничего, одни головни остывшие лежат, а там, где катился таинственный огненный шар, снег растопило до прошлогодней травы, хоть лежали высокие сугробы».
(«Костёр полевиков», русская сказка)

 

«В старину при рождении ребёнка зажигали огонёк и держали его до тех пор, пока спелёнутое дитя не было уложено в колыбель. По горящей свече угадывали будущую жизнь ребёнка… Если человек клялся огнём и не обжигал руки, прикасаясь к нему, это означало истинность его слов. Живой огонь имел божественное значение: в очаг и в костёр, как и в воду, нельзя плевать – это как грех на душу взять».
(«Энциклопедия русских преданий»)


Читайте также на нашем сайте

Родовая сила славян
Жемчуг… Старинное украшение Северной Руси
Русская Школа Русского Языка. Урок 21. ЯСНА. Виталий Сундаков
С.В. Жарникова. Палеолит Золотой Век Махабхараты

Подписывайтесь на наши группы: Одноклассники Facebook